Одни из изгнанных узбекистанцев: журналисты Кудрат Бабаджанов и Галима Бухарбаева, и активистка Умида Ниязова в Ташкенте в 2004 году; архив Ц-1
Одни из изгнанных узбекистанцев: журналисты Кудрат Бабаджанов и Галима Бухарбаева, и активистка Умида Ниязова в Ташкенте в 2004 году; архив Ц-1

Многие беженцы из Узбекистана поверили заявлению нового президента страны Шавката Мирзиёева, который сказал: «У кого на руках нет крови, пожалуйста, – возвращайтесь домой».

Но не у всех получается воспользоваться приглашением президента.

Так, 23 мая в Ташкент прилетел правозащитник и член партии «Бирлик» Мухиддин Курбанов, с 2006 года проживающий в Швеции. Но тут же был депортирован обратно в североевропейскую страну. Как выяснилось, еще в 2015 году по указу первого президента РУз Ислама Каримова он был лишен гражданства.

Еще раньше, в марте этого года, в Ташкентском аэропорту имени Ислама Каримова развернули и отправили обратно, тоже в Швецию, активиста правозащитного общества «Эзгулик» Рафика Ганиева.

Ц-1 решил провести опрос узбекистанских правозащитников на тему: «Нужны ли стране вынужденные беженцы? И что надо делать, чтобы вернуть их обратно?»

«Это наши братья и сподвижники»

Правозащитник из Ташкента Агзам Тургунов, который отсидел в тюрьме 10 лет и полгода назад вышел на свободу, считает, что для возвращения беженцев на родину нужно определить три важных момента.

«Во-первых, люди, вынужденные покинуть Узбекистан, должны сами решить, хотят ли они возвращаться на родину, – говорит правозащитник. – Во-вторых, если они решат вернуться домой, то здесь мы им можем оказать только моральную поддержку и всячески приветствовать намерение снова жить на родине. Ведь это наши братья и сподвижники».

По словам Тургунова, третьим и главным моментом является то, что разрешить вопрос об их возвращении в Узбекистан может только правительство. А это не так просто: в Конституции РУз нет четкого определения о том, как вернуть обратно гражданство.

При этом Тургунов высказывает пожелания оппозиционерам и правозащитникам, которые хотят вернуться обратно в Узбекистан, чтобы они не разбивались на отдельные группы и не враждовали между собой.

«Надо попробовать вернуться обратно»

По мнению лидера Правозащитного альянса Узбекистана (ПАУ) Елены Урлаевой, не всегда правы те люди, которые сейчас живут за рубежом и боятся возвращаться в Узбекистан.

«Если такой человек пересек границу с какими-то нарушениями, то, возможно, за это придется отвечать, – говорит правозащитница. – Но есть такие люди, которые уехали за рубеж совершенно законно и опасаются наказания за это, не зная, лишены они гражданства или нет. Таким людям нужно просто попробовать вернуться в Узбекистан – вполне может быть, что никаких препятствий не возникнет».

В качестве примера Урлаева приводит правозащитника из Ангрена Дмитрия Тихонова, который уехал в Западную Европу несколько лет назад.

По словам лидера ПАУ, он пересек границу совершенно легально, никто ему не чинил препятствий. Сейчас Дмитрий хотел бы вернуться обратно, и в различных международных организациях зачем-то поднимается кампания в его защиту.

«Но, для того чтобы вернуться обратно, ему надо всего лишь попробовать снова попасть в Узбекистан. Только так он может узнать, есть ли к нему в нынешние дни какие-то претензии у государства. Сейчас времена поменялись, вполне возможно, что все претензии давно сняты», – считает Урлаева.

«Где родился, там и сгодился»

По мнению правозащитницы Татьяны Довлатовой, государству нужно дать возможность вернуться всем беженцам, которые, опасаясь уголовного преследования, покинули Узбекистан после 2005 года.

«Я лично знаю многих из этих людей, – говорит Довлатова. – Они много сделали полезного для нашего общества. И могут сделать еще больше. Ведь, как говорится в пословице, «где родился, там и сгодился».

Правозащитница считает, что государственные органы, учитывая проходящие в нашей республике положительные перемены, должны опубликовать список людей, которые могут беспрепятственно вернуться домой из вынужденного изгнания.

«Наступит цепная реакция»

По словам независимой журналистки Малохат Эшанкуловой, появления оппозиционеров в Узбекистане очень боятся чиновники, которые сейчас саботируют реформы президента Шавката Мирзиёева.

«Все эти люди уже по несколько лет провели в Европе. Привыкли к европейскому образу жизни, ценностям по защите прав человека, – говорит журналистка. – Приехав в Узбекистан, эти люди не будут покорно сносить произвол чиновников, а станут грамотно и принципиально отстаивать свои права. А другие жители страны возьмут с них пример».

Эшанкулова считает: если в Узбекистан вернутся сто бывших диссидентов, и каждый из них научит, как отстаивать свои права еще сто жителей республики, а те, в свою очередь, поделятся своим опытом с друзьями, то наступит цепная реакция в демократизации общества.

«Это будет кошмаром для коррумпированных чиновников, привыкших работать по-старому. А их мечта командовать населением, как стадом бессловесных баранов, сгинет в небытие», – говорит журналистка.

«Ко всем нужно подходить персонально»

Правозащитник Шухрат Рустамов по поводу возвращения диссидентов имеет свое мнение, основанное на тонкостях юриспруденции.

«Если президент, пусть это даже был диктатор Каримов, подписал указ о лишении гражданства, то он должен был это сделать, основываясь на каких-то фактах, – говорит Рустамов. – Возможно, люди совершили какое-то преступление, нанесшее вред Узбекистану. А возможно, наоборот, были предъявлены какие-то фальсифицированные документы. С каждым случаем надо разбираться отдельно, причину лишения гражданства – рассматривать персонально и гласно».

По мнению правозащитника, среди лиц, покинувших Узбекистан, есть разные люди. Например, президент ассоциации «Права человека в Центральной Азии» Надежда Атаева, проживающая во Франции, действительно нанесла экономический ущерб Узбекистану на крупную сумму.

Она покинула Узбекистан в 2000 году, после того как против ее отца Олима Атаева, руководившего ГАК «Узхлебопродукт», было возбуждено уголовное дело о создании и руководстве организованной преступной группой (ОПГ), куда входили его родственники, включая Надежду.

Рустамов далее продолжает, что уже после отъезда Атаева выпустила фильм и отчет об Андижанской бойне 13 мая 2005 года, которые основывались на показаниях лжепатологоанатома, за которого был выдан учитель французского языка из Коканда.

«Таких людей не нужно пускать в Узбекистан и восстанавливать им гражданство. Наоборот, их надо судить», – говорит Рустамов.

Галима Бухарбаева с еще одним уехавшим из страны журналистом из Андижана Закиржоном Ибрагимовым в Хиве в 2004 году; фото: архив Ц-1
Галима Бухарбаева с еще одним уехавшим из страны журналистом из Андижана Закиржоном Ибрагимовым в Хиве в 2004 году; фото: архив Ц-1

«Или взять журналистку Галиму Бухарбаеву (главред Ц-1). Она была лишена гражданства только на основании того, что в майские дни 2005 года была в Андижане и передавала оттуда сообщения.

Но она просто честно выполняла свою журналистскую работу, объективно освещая все происходящие события. Это она также продолжала делать, уехав за рубеж. Приезд таких людей в Узбекистан, как она, надо только приветствовать!» – утверждает правозащитник.

Нужны адвокаты и петиция

Руководитель ИГНПУ (Инициативная группа независимых правозащитников Узбекистана) Сурат Икрамов очень категоричен в своих высказываниях.

Он хотел бы, чтобы в Узбекистан вернулись даже такие, казалось бы, одиозные личности, как лидер партии «Эрк» и Народного движения Узбекистана (НДУ) Мухаммад Салих.

«Я обеими руками за то, чтобы в Узбекистан вернулись все оппозиционеры, диссиденты и журналисты, которые вынуждены были покинуть страну во время правления Ислама Каримова, – говорит правозащитник. – Тогда они справедливо опасались, что за свое свободомыслие могут быть арестованы и посажены в тюрьму. Сейчас ситуация изменилась, и опасаться больше нечего. И остается только желать их скорейшего возвращения на родину».

По словам Икрамова, государству не следует опасаться этих людей, потому что все они приветствуют проходящие в стране перемены.

Когда Икрамов обратился с письмом, призывающим власти разрешить возвращение в Узбекистан Мухаммада Салиха, обращение нашло широкий отклик среди интеллигенции страны. Сейчас петицию по возвращению Салиха подписали уже больше 450 человек.

«Для Салиха я нашел адвоката, но пока не знаю, как быть с другими диссидентами. Вначале надо узнать, хотят ли они вернуться в Узбекистан? – сообщает руководитель ИГНПУ. – Возможно, некоторые из них нашли на чужбине новые семьи, хорошо устроились и не имеют намерения жить на своей родине».

Как говорит Икрамов, он точно знает только насчет главного редактора Ц-1 Галимы Бухарбаевой. По поводу своего возвращения в Узбекистан она даже написала письмо на имя президента Шавката Мирзиёева. А в отношении других – надо, чтобы они определились в своем желании.

Галима Бухарбаева вручает Сурату Икрамову от IWPR орден "Героя правозащиты Узбекистана 2003 года"; фото: архив Ц-1
Галима Бухарбаева вручает Сурату Икрамову от IWPR орден «Героя правозащиты Узбекистана 2003 года»; фото: архив Ц-1

При этом лидер ИГНПУ считает, что государство должно само пойти навстречу бывшим диссидентам и отменить указы, по которым они были лишены гражданства.

«А чтобы ускорить этот процесс, может быть, для таких людей, как Бухарбаева, надо тоже нанять адвоката и подготовить еще одну петицию. Я сейчас думаю над этим вопросом», – говорит Икрамов.+